"Товарищ прапорщик, нам мясо положено. - Положено – ешь. - Но оно не положено! - Не положено, не ешь". Ситуация с правом работников на индексацию зарплаты - точь-в-точь как в этом анекдоте. Попытка конкретизировать формулировку статьи 134 Трудового кодекса столкнулась с ожесточенным сопротивлением, сплотившим единороссов и депутатов от парламентской оппозиции, бизнесменов и некоторых видных "профбоссов".
Как известно, статья 134 обязывает работодателей "обеспечивать повышение реального содержания заработной платы в связи с ростом потребительских цен". Уточним: речь идет не о повышении как таковом, а лишь о поддержании зарплаты на прежнем уровне. Вряд ли нужно подчеркивать, насколько актуальным является это право для большинства граждан России, особенно при нынешних обстоятельствах.
Обязательная индексация - требование принципиальной важности.
Увы, на деле статья 134 является "мертвой буквой", поскольку за 14 лет, прошедших с принятия действующего Трудового кодекса законодатели так и не удосужились прописать регулярность, с которой индексация должна проводиться. В законе сказано, что частные работодатели проводят ее "в порядке, установленном коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами". На практике в частных компаниях индексация если и проводится, то, как Бог на душу положит. Ее рассматривают как подачку, а не как обязательную процедуру. В условиях кризиса соблазн поправить дела, урезав зарплаты сотрудникам, становится для многих работодателей непреодолимым. Причем для этого не приходится делать вообще ничего: достаточно не проводить индексацию. По сути, речь идет о своеобразном "антикризисном" налоге, который работники платят в пользу предпринимательского сообщества.
Алексей Этманов, инициатор кампании за обязательную индексацию.
Если позиция работодателей закономерна, то российские законодатели ведут себя довольно странно. Поправка, уточняющая формулировку 134 статьи и вменяющая работодателям в обязанность проводить индексацию ежегодно, встретила упорное сопротивление. Впервые она была внесена еще в 2013-м году Алексеем Этмановым и Дмитрием Силаевым в Законодательное собрание Ленинградской области – и провалена единороссами как "популистская". Однако затем, усилиями депутатов Александра и Ларисы Степановых, инициативу поддержал славящийся своей многопартийностью ЗАКС республики Карелия.
Депутаты Карельского ЗАКС Александр и Лариса Степановы
В феврале этого года судьбу проекта должна решать Госдума. Увы, шансы на то, что это решение будет положительным, невелики. В конце декабря думский комитет по труду дал отрицательное заключение по поводу карельских поправок, причем поддержать их не решилась даже парламентская оппозиция. На заседании комитета "оппозиционеры" стыдливо воздержались. Однако особое удивление вызывает позиция члена генерального совета ФНПР, в недавнем прошлом – лидера Горно-металлургического профсоюза России (ГМПР) Михаила Тарасенко, который не только не одобрил поправки, но и заявил, что с их помощью "некомпетентные люди пытаются сделать себе популизм". "Когда-то Михаил Васильевич считался уважаемым профсоюзным деятелем, - прокомментировал слова Тарасенко председатель МПРА Алексей Этманов, - больше пятнадцати лет он возглавлял ГМПР – один из самых сильных профсоюзов в системе ФНПР. Но, видимо, долгое пребывание в коридорах власти меняет людей. Поправки в 134-ю статью – инициатива МПРА. Если, по мнению Тарасенко, мы некомпетентные люди и популисты, то я скажу так: уж лучше быть популистами, чем перебежчиками".
Экс-лидер горняков считает требование об индексации зарплат "популизмом"
Озадачен обвинениями в популизме и Александр Степанов. "Нейтралитет КПРФ в таком жизненно важном для рабочих вопросе, как индексация зарплат, удивляет. Видимо, они пересидели в Думе и оторвались не только от "почвы", но и от собственных интересов. Ведь на носу выборы. Да и позиция Тарасенко выглядит, по меньшей мере, странно. То лидеры ФНПР "возбуждаются" и начинают собирать подписи под нашим законопроектом, то объявляют его популизмом. Хотя какой популизм? Наше предложение – умеренное. Мы не революции требуем, а хотим, чтобы работники могли потребовать себе возмещения потерь от инфляции на уровне 12-13%, притом, что, как всем известно, реальная инфляция намного выше этих цифр. При этом мы даже не предлагаем ничего нового, ведь норма существует с 2002 года. Мы лишь пытаемся уточнить формулировку, убрав лазейку для недобросовестных работодателей".
Рядовые члены ГМПР вряд ли согласны со своим бывшим председателем.
Курс правительства сегодня нацелен на "жесткую экономию" бюджетных средств. Поэтому отменили индексацию пенсий для работающих пенсионеров, зарплат госслужащих и т.д. Но в случае с отказом от конкретизации 134-й статьи речь идет не о сокращении бюджетных расходов, а о прямой государственной поддержке частных капиталистов за счет тихого ограбления кошельков наемных работников. Александр Степанов не питает иллюзий относительно шансов карельской инициативы на принятие в феврале этого года. Он считает, что обязательная индексация должна стать для российских работников, профсоюзов и левых политических сил таким же мобилизующим лозунгом, каким для дальнобойщиков стала отмена ПЛАТОНа.
Той же точки зрения придерживается и Алексей Этманов. "Мы призываем всех сознательных российских трудящихся высказаться в поддержку законопроекта, подписав обращение к депутатам Государственной Думы. Мы обращаемся за поддержкой к братским профсоюзам, входящим в Федерацию независимых профсоюзов России. Мы также будем обращаться к руководству партии "Справедливая Россия" с предложением выступить на стороне работников. Кому же это еще делать, как не партии, именующей себя социал-демократической? Конфедерация труда России поддерживает требование обязательной индексации, и мы обратимся к профсоюзам, входящим в глобальную федерацию IndustriALL, так как трудящиеся во всем мире хотят чувствовать уверенность в своем завтрашнем дне. Мы - не акционеры Газпрома и не владельцы нефтяных скважин. То что кажется "популизмом" им, для нас является условием выживания", - заявил он.
