Опубликованы данные Мониторинга трудовых протестов ЦСТП за апрель 2016 г. Зафиксировано 37 трудовых протестов. Количество протестов за четыре месяца практически сравнялось с уровнем прошлого года, а количество стоп-акций увеличилось на треть. Это означает, что протестов не стало меньше, а вот их напряженность ощутима выросла. Сложились все предпосылки для того, чтобы оценить протестное движение российских работников как более интенсивное и более напряженное.
В апреле 2016 г. протестом месяца признана голодовка строителей жилья для погорельцев из-за долговременных невыплат заработной платы в Хакасии. Работники в самом начале апреля заявляли о своей готовности не просто бастовать, а организовать такую радикальную акцию, как голодовка. Однако их голос не был услышан и в двадцатых числах апреля они начали голодать. Подобные конфликты сейчас очень распространены в стране. Но есть несколько особенностей, которые позволяют особо выделить этот трудовой протест. Во-первых, это не первый трудовой протест строителей жилья для погорельцев. Они протестовали и бастовали раньше. Но проблемы воспроизводятся и для их решения не находится варианта, что, видимо, говорит о качестве управления данными организациями, да и всем процессом восстановления жилья. Во-вторых, между предупреждением и голодовкой прошло более двух недель и за это время не было принято мер по предотвращению голодовки. Видимо, отношение к требованиям работников, требующих соблюдения их трудовых прав, было несерьезным, если не сказать пренебрежительным. В-третьих, и это, пожалуй, главное: в урегулирование трудовых конфликтов, которые должны быть делом работников и работодателей оказываются втянуты представители различных ветвей власти. Здесь оказались задействованы представители местных и региональных властей, судов, прокуратуры. Пожалуй, трудно найти более яркую иллюстрацию к последствиям несовершенства закона о регулировании трудовых споров. Не имея возможности провести эффективные переговоры с работодателем и организовать забастовку работники вынуждены жаловаться, апеллировать к властям, правоохранителям, общественному мнению. А представители властей, в свою очередь, вынуждены в таком конфликте отказываться от роли арбитра и наблюдателя за "правилами игры" и превращаться в непосредственного участника, который становится то на одну, то на другую сторону. Это становится серьезной проблемой, так как государственные чиновники вынуждены тратить время, силы и средства на выполнение несвойственных им функций (уговаривать забастовщиков отказаться от акций, помогать работодателям находить средства для выплат и т.п.), втягиваться в конфликты и в конечном счете терять авторитет. Несовершенство правовой системы приводит к тому, что власть становится главным регулировщиком трудовых конфликтов, вместо того, чтобы дать возможность работникам и работодателям самим отрегулировать свои разногласия в рамках ответственного диалога.
