Я рабочий Первого государственного подшипникового завода (1-ГПЗ), именуемый в настоящее время как "Московский подшипник". Ситуация на заводе просто катастрофическая во всех отношениях.
Немного истории.
1-ГПЗ был пущен в 1932 году, как первый в СССР завод, который сделал независимыми многие отрасли машиностроения от зарубежных подшипников. В годы войны завод был эвакуирован в Куйбышев, Саратов и другие города, где были основаны подшипниковые заводы на базе нашего оборудования.
В 60-е годы расширяются производственные площади завода, вступают в строй новые цеха АРПК, ЦТП-3, где на новых передовых автоматических и механизированных линиях был налажен выпуск новых типов подшипников и значительно повысилась производительность труда. ЦТП-3 имел стратегическое значение. Там выпускали авиационные подшипники и подшипники для военно-промышленного комплекса. На этой территории выпускалось 40% подшипников завода. Кроме этого предприятие изготавливало подшипники для авиакосмической, нефтегазовой, автотракторной промышленности, для металлургии и железнодорожного транспорта. На 2007 год - год 75-летия завода, "Московский подшипник" выпускал до 3500 типоразмеров подшипников. Многие уникальные типы подшипников были сделаны на нашем заводе.
О потерянном стратегическом направлении.
Наш завод по воле новых хозяев с 2000 года входит в Европейскую подшипниковую корпорацию (ЕПК), куда входят Волжский, Степногорский, Саратовский заводы, то есть лишен полной самостоятельности в вопросах планирования и сбыта готовой продукции. Исполнительный директор назначается хозяевами из ЕПК. После преступной приватизации, завод превратился в акционерное общество, у коллектива были на руках акции, которые теперь почти все выкуплены после прихода ЕПК олигархическими структурами, которые контролируют завод. Больше половины типов подшипников переведены на другие заводы корпорации, оборудование либо вывезено, либо уничтожено, соответственно и технологии. Инженеры и рабочие-специалисты также исчезают вместе с уникальной технологической базой.
Со времен "реформаторов" было порезано на металлолом много уникальных линий и станков, которые позволяли осваивать новые типы подшипников. С 2002 года началась масштабная реконструкция и так называемая "оптимизация" производства, которая сократила территорию завода более чем наполовину. Одним из первых под "оптимизацию" попал корпус АРПК, который вначале предполагалось вывести в самостоятельное подразделение, но затем виды новых хозяев поменялись, и началась самая обыкновенная ликвидация. За короткий период были демонтированы, вырваны с корнем уникальные линии, оборудование большей частью было варварски разобрано и разворовано на металлолом и драгметалл, незначительная часть вывезена. Работники либо были разогнаны, либо переведены на основную территорию.
Саму территорию, как это водится, начали занимать арендаторы, где, в том числе, благополучно разместилась студия А-Медиа. ЦТП-3 выводят в отдельное производство и именуют как ЦСП, которое, конечно, входит в структуру ЕПК. Как уже упоминалось, этот цех выпускал стратегические типы подшипников, и всякий раз, когда говорили о предполагаемом закрытии этого цеха, то руководство среднего звена и прочие руководители говорили, что Минобороны не позволит ликвидировать или перенести производство на другую площадку, так как здесь отлажена точная и сложная технология производства, проще говоря это находится под патронатом Оборонки. Однако, вопреки всему, в 2006-07 гг. ЦСП окончательно выводят из состава завода, цех с легкой руки ЕПК становится отдельным предприятием, именуемым как МЗАП (Московский завод авиационных подшипников), разумеется в структуре корпорации. Этот "завод" производя продукцию параллельно лишается оборудования, которое плавно демонтируется и, либо вывозится, либо идет на металлолом. Технический парк таким образом сокращается, что на языке капитала, называется "оптимизацией производства". Сокращается также и штат работников.
На территории располагался также Инженерный корпус завода, который при разгроме АРПК также подвергся зачистке и фактически распылен, а места ведущих инженеров заняли арендаторы -"менеджеры" и "юристы" и бог знает кто еще. Стратегия нашего правительства и военных верхов на деле проявила себя в ликвидации армии и ее боеспособности в угоду интересов Запада и новых "эффективных" собственников, которым чужды понятия научно-технического, промышленного и культурного развития, зато понятна и близка легкая прибыль, которая достигается уничтожением наукоемких, стратегических промышленных производств и размещение на их территории "благ" цивилизации: офисов, банков и высокодоходных торгово - развлекательных комплексов, которые и формировали новый класс потребителей последние 19 лет. Увы, эта стратегия коснулась МЗАП - последнего островка производства в северной части завода. Специальные стратегические подшипники городу и стране оказались больше не нужны. В феврале 2009 года последний рабочий покинул территорию МЗАП. Почти все работники были лишены работы. А город и страна продолжают терять стратегические производства..
Был прекращен выпуск многих типов подшипников, закрыты две проходные, в том числе ликвидирована главная проходная - лицо завода и его история, а теперь там вывеска торговой фирмы. Заводоуправление загнали в цеховой корпус внутри территории завода, а в его помещении теперь автошкола и коммерческие фирмы. Медсанчасть продали, организовав Медцентр, где рабочим приходится обращаться за 50% стоимости услуг. Уникальный музей 1-ГПЗ умудрились разместить в комнате площадью не больше 30 кв. метров внутри заводской территории, а само помещение музея сдано в аренду под вьетнамский рынок. Продан ДК ГПЗ-1. Спортивные объекты, базы отдыха проданы или в руках ЕПК. Огромные средства, выделенные на модернизацию, почти не дошли до производства, и на всем заводе обновилось не более 5% станков и оборудования, остальное было ювелирно покрашено. Перенесенные станки и линии были смонтированы так, что их можно снять и вывезти за несколько минут, а ровную и чистую площадку сдать в аренду, к чему все и ведется.
Готовится ликвидация.
Финансовый кризис лишь усугубил проблемы завода, сделав его ненужным балластом для города. Наш завод расположен почти в центре города и, разумеется, не дает покоя "эффективным собственникам", которые на этом месте спят и видят возвести торгово - развлекательные комплексы со всеми атрибутами при полной поддержке правительства города, в планах которого вывести почти все предприятия за черту города, ликвидировав тем самым ненужный им рабочий класс – своего могильщика. Как на "счастье" им помог кризис.
31 октября коллектив завода получил уведомление в котором говорится: "В связи с изменениями организационных и технологических условий труда, (важно!) с целью сохранения рабочих мест и недопущения массового сокращения.... вводится режим неполной рабочей недели (четырехдневка) сроком на 6 месяцев с 8 января. Далее выходит приказ о введении простоя с 8 декабря с оплатой 2/3 от среднего заработка (удалось выбить) в связи с тяжелой экономической ситуацией. В ноябре выходит уведомление о введение трехдневки с 19 февраля. Но режим простоя продолжается и в январе и в феврале. В феврале работает четыре дня лишь четверть работников. Люди, выходя на работу в общий день выхода, лишь подписывали новый приказ о простое и уходили домой. Такая же ситуация продолжалась в марте и продолжается сейчас - трехдневная рабочая неделя в режиме простоя. Люди выходят и другие два дня с неопределенным режимом. При таком двойном режиме, совершенно несовместимом, не определен точный расчет отпусков и больничных. На заводе администрация по указке сверху проводит сокращения и увольнения, создает невыносимые условия по части нищенской зарплаты, сохраняет длительный режим простоя, заставляя людей уходить с завода.
7 апреля на совещании профком знакомит нас с уведомлением, подготовленным администрацией с уже новым руководителем, в котором прямым текстом суровой действительности говорится о МАССОВОМ высвобождении работников в течении трех месяцев в количестве 525 человек, в связи с тяжелым экономическим положением завода. И это еще далеко не предел. Это все грубо противоречит первому уведомлению "с целью сохранения рабочих мест…" и говорит только о полной ликвидации завода! (Ещё в середине 90-х на ГПЗ – 1 трудилось более 8 тыс. человек. На конец октября 2008 г. численность составляла около 2 тыс. работников. На данный момент на заводе работает 1445 человек, из них основных работников 560 чел.). Также сообщается, что сокращению будут подлежать в первую очередь те работники, которые находились в простое больше трех месяцев?! А в чем виноваты эти люди?! На такой вопрос администрация лишь издевательски смеется в ответ.
О профсоюзном комитете.
Наш профсоюз входит в АСМ (Автосельхозмаш) и, к сожалению, в ФНПР. Является участником московского трехстороннего соглашения. Находясь в зависимости от Шмакова и Ко, он не решается на активные действия, опасаясь санкций администрации (парадокс). Профсоюз занимает лишь роль наблюдателя и постоянно твердит, что мы должны следить, чтобы увольнения шли по букве закона, и что пока нарушений серьезных нет. Часто ссылается на низкую поддержку со стороны коллектива. А то, что завод уничтожают, людей выбрасывают "по закону" на улицу, то это, как они говорят, не в их власти. Администрация видя, что особых протестов нет, профсоюз практически игнорирует, формально заключая только колдоговор. Да, председатель не соглашается с такой ситуацией, постоянно консультируется с юристами из МФП, другими организациями, на совещаниях высказывает свою точку зрения, но последнее слово всегда за хозяевами. Профком писал письма и в правительство Москвы и в МФП и другие органы, но какой-либо серьезной реакции не последовало, кроме как письмо-отписка от Рахманова из департамента машиностроения о сложностях экономического характера, отсутствия заказов и обещании по возможности оказать помощь.
Вообще профком всегда опаздывает, остается только обсуждать уже свершившееся, да и решимости на протестные действия не наблюдается, только и говорит: "мы партнеры, надо быть осторожными, не навредить..." Но пока вредят только рабочим и уничтожают завод. Когда я всякий раз на совещании профкома поднимаю вопрос о том, что надо добиваться вывода завода из ЕПК, сделать его самостоятельным, то все дружно твердят: "Кто позволит это сделать, кто откажется от такого пирога…", и далее в таком духе. Ну если так говорит профком и многие другие работники, то как можно бороться за что-то, когда люди не верят, что можно что-то сделать и передают это настроение коллективу завода?! Получается, что смирились с таким положением? Когда я говорю на профкоме, что нужно национализировать предприятие, то отвечают сами себе: "Да кому этот завод нужен, его даже уже нет на карте…" И это заявляют те, чьи предки строили этот завод, сделали его флагманом подшипникостроения! Тяжело и больно все это наблюдать, как люди не верят и не видят необходимости борьбы, потому что "все уже решено".
Конечно большинство готовы встать на защиту своего завода, протестовать, но так не хватает лидеров и солидарности, нет опыта борьбы, очень много инертных людей, которые подписывают разные приказы и увольняются "по соглашению сторон". Молодежь на заводе 99% приезжие, у них почти нет привязки к заводу, кроме как предоставленное общежитие и, соответственно, нет понимания необходимости сохранения завода. А старшее поколение устало от всяких перемен и борьбы. Очень сложно в таких условиях поднимать людей на борьбу.
От имени коллектива завода ГПЗ-1, я прошу "Союз рабочих Москвы" обратить внимание на создавшуюся обстановку, оказать помощь и поддержку в стремлении сохранить завод от ликвидации и сохранить трудовой коллектив. Без вашей защиты завод может прекратить свою славную историю уже совсем скоро.
С уважением к вам Михеев И. Н., электромонтер цеха грузоподъемного оборудования (ЦГО) завода ГПЗ-1.
Апрель 2009 г.
