Профсоюзы в поисках своей индентичности

В Москве 3-4 ноября 2012 г. состоялась Международная научно-практическая конференция "Рабочее движение и левые силы против авторитаризма и тоталитаризма: история, современность, перспективы". Готовили конференцию Конфедерация труда России, Научно–информационный и просветительский Центр "Мемориал", Центр "Праксис", Глобальный Институт труда (Швейцария) при поддержке Фонда Розы Люксембург (Германия) и Международного Фонда Виктора Сержа (США). Она была приурочена к 50–летию событий 1962 года в Новочеркасске, когда власти пошли на расстрел рабочих, коллективно выступивших против снижения расценок на свой труд.

В первый день работы были подняты "на-гора", преимущественно силами профессиональных историков и левых политических активистов, уже столь далекие от нас пласты истории - от протестного рабочего движения накануне 1917 года до разгрома в течение первого десятилетия советской власти партии эсеров и стойкой позиции ссыльных и узников советских лагерей и тюрем, и далее, вплоть до Новочеркасского расстрела рабочих в 1962 году. Была освещена и реакция на данное событие в среде диссидентов, и восприимчивость современным свободным профсоюзным движением, возникшим после 1991 года, традиций левых сил в России, действовавших на протяжении целого столетия. Второй день был преимущественно посвящен международному опыту профсоюзного движения в борьбе за социально-экономические права и поиску свободными профсоюзами (названными так для отличия от традиционных, входящих в ФНПР), своей идентичности. По общему мнению участников, все это чрезвычайно актуально, особенно в свете активного формирования на общественно–политическом пространстве современной России многочисленных оппозиционных течений, отношение к которым не только в среде российской интеллигенции, но и в рабочей и профсоюзной среде весьма неоднозначно.

"Пылающие" страницы отечественной истории

Блеску конференции придало активное участие в ее работе председателя Правления "Мемориала" А. Рогинского и видных историков проф. К. Морозова (РГГУ) и руководителя Центра "Праксис" А. Гусева. К. Морозов, долгие годы занимавшийся изучением истории партии эсеров, представил участникам конференции свои выводы о причинах побед и поражений ПСР в 1917 году.

Общая для историков проблема труднодоступности достоверных источников решается, как известно, кропотливым трудом и настойчивостью наших исследователей. Чрезвычайно интересным, к примеру, было выступление историка М. Соколова, по крупицам собиравшего сведения о жизни и выступлениях рабочих 20-х годов по материалам центрального архива ФСБ. По его словам, мощная забастовка рабочих, недовольных условиями труда и жизни, прошла в 1920 году на Ижорском заводе. Часть лидеров была арестована – это были рабочие, примыкавшие к эсерам. Спустя два-три месяца они были освобождены, но разошлись по другим заводам и позднее участвовали в создании там подпольных организаций. В сводках ГПУ за 1922 год, как зафиксировал М. Соколов, постоянно констатируется недовольство рабочих заработной платой и всеобщей дороговизной. Есть следы деятельности эсеров в Нижнем Новгороде, волнений на заводах Москвы, случаев "меньшевистской агитации" и т.д. В протестах железнодорожников в городе Подольске участвовало пятьсот человек. Все это жестко подавлялось и долгие годы замалчивалось. Небезынтересно, что меньшевики на заводах в Москве в первые годы революции нередко проваливали коммунистические списки на выборах в фабрично-заводские комитеты. В ряде областей проводились забастовки, организованные меньшевиками вместе с эсерами. Активист Каменский писал в дневнике заметки на тему, "как живут рабочие в красном Петрограде", и они были опубликованы. Была организована передача материалов о жизни рабочих Советской России за рубеж, в газету "Революционная Россия", выходящую на русском языке. Делался печальный вывод, что "якобы рабочее государство не является таковым", что степень эксплуатации рабочих чрезвычайно высокая. Прорыв на выборах засвидетельствован чекистами в двадцатые годы в Златоусте, где избранные в совет бывшие эсеры и меньшевики пытались создать беспартийную фракцию. В г. Гусь–Хрустальный на фабрике "Профинтерн" в 1926-27 гг. в ходе протестных акций рабочие боролись за новый коллективный договор, в связи с ростом тарифов на коммунальные платежи, и по этой причине характеризовались ГПУ как "антисоветчики". В 1929 г. проходили забастовки на текстильных фабриках, и везде чекисты, как свидетельствуют документальные источники, пытались выявить бывших членов партии меньшевиков и эсеров. Большое недовольство населения вызывала также антикрестьянская политика большевиков. "При советской власти всю землю отбирают",- возмущались рабочие. В 1930 году власти насчитали 114 тысяч забастовщиков…

О реально воплощенных в 20-е годы прошлого века принципах кооперации, преимущественно силами эсеров–максималистов, поведал Д. Рублев. С 1921 по 23 гг. на этих принципах, в духе идей теоретика синдикальной кооперации Анисима Чижикова, работала первая хлебобулочная артель, с 1923 по 1928 год – артель "Муравейник". Особенностью была уравнительная оплата труда и отсутствие чернорабочих – все тяжелые виды работ выполнялись по очереди. Особое внимание уделялось культурно-просветительской деятельности. Артель разрасталась, у нее, кроме собственного производства, было уже 19 магазинов, а в драмкружок записалось до двухсот человек. Однако все стало распадаться с арестом в 1928 году всего правления. Его членам инкриминировалось "укрывательство" бывших ссыльных эсеров, которым в артели предоставлялась работа и средства для выживания. Д. Рублев считает, что "Муравейник" - яркий пример взаимодействия левой интеллигенции с рабочими.

Столь же важным было обобщение исполнительным директором "Мемориала" Б. Беленкиным немногочисленных сохранившихся достоверных источников о сопротивлении ссыльных и узников из левой (троцкистской) оппозиции в поселениях, лагерях и политизоляторах. В частности, он проанализировал некоторые документальные свидетельства по Минусинскому делу (1936 г.). По нему проходило 14 человек, достаточно известных троцкистов, в том числе Косиор, Данадзе и другие. Было изъято более двадцати статей, написанных в изоляции, письма, открытки, адреса. Косиор будучи до 1936 г. уже семь лет ссыльным, инициировал создание объединения ссыльных, направление протестных писем и заявлений. Были записаны разговоры с Косиором, в которых звучит его позиция по индустриализации, по колхозам. Все проходящие по делу расстреляны. В том числе и Косиор, в 1937 г.

Стоит выделить, очевидно, среди докладов на конференции и интерпретацию П. Кудюкиным (ВШЭ, Москва) социального фона событий в Новочеркасске в 1962 году. Новочеркасск отличался более высоким уровнем организованности протеста (хотя и зачаточного), чем в других местах, где работники также в шестидесятые годы стихийно и локально выступали за улучшение условий труда и против социальной несправедливости (что зафиксировано в документах компетентных органов и других источниках). Побудило людей к непосредственному протесту совпадение роста цен на молочные продукты и резкое снижение расценок по оплате труда. Ну и конечно попрание человеческого достоинства, когда директор с полным равнодушием к нуждам рабочих прокричал, что ничего с ними не случится, будут есть пирожки с ливером… Источники свидетельствуют, что кое–где военнослужащие заявляли: "Если нас пошлют усмирять бунт, то я в своих стрелять не буду".

По мнению П. Кудюкина, события в Новочеркасске нельзя осмыслить без обзора социально-экономического развития на рубеже 50-60 годов. После массовой маргинализации, смешения населения сел и городов, потоков из ГУЛАГА и в ГУЛАГ, по словам П. Кудюкина, начались процессы некоторой социальной консолидации. В эти годы в советском обществе растет городское население и оно начинает превышать по численности сельское. Города выглядят как рабочие слободки с переходным бытом. Люди преимущественно живут в бараках, общежитиях и коммуналках, но уже начинают строиться пятиэтажки и изредка – девятиэтажки. Началась некоторая кристаллизация населения – в атомизированной общности, характерной черты тоталитаризма, начинают формироваться на горизонтальном уровне социальные связи. Происходит сплочение рабочего класса, но социальное сознание противоречиво - с одной стороны, идет массированная пропаганда, в том числе с применением достаточно эффективных форм художественного творчества, выходят хорошие фильмы, прекрасные песни. Это влияет, но с другой стороны есть и ощущение грандиозной "наколки". Люди осознают противоречие между словами с высоких трибун и своей реальной жизнью, они только начинают выходить из нищеты. Это в конечном итоге и привело, наряду с оскорбленным достоинством, к протесту. Тем более, что уже формируется "рабочая верхушка" из более образованных и энергичных рабочих, происходят процессы классообразования. Как сообщил П. Кудюкин, в 1962 г. правоохранительные органы получили постановление об усилении контроля за проявлениями недовольства со стороны граждан; власть опасалась созданного ею самой рабочего класса.

Историк П. Рябов ознакомил участников конференции с материалами о жизни рабочего активиста из Новочеркасска П. Сиуды. По его словам, "движение – движением, но важны и конкретные люди". П. Сиуду превентивно арестовали как активиста утром того дня, когда рабочие Новочеркасского электровагоностроительного завода (НЭВЗ) вышли на митинг. Проведя несколько лет в тюрьме, он не "сломался", и после освобождения в 1965 году активно отстаивал в течение нескольких десятилетий права рабочих, не испугался нападений и избиений. В 1988 г. он напечатал на машинке 4 тысячи листовок и раздавал у проходных. Жизнь его, увы, оборвалась трагически в Новочеркасске 5 мая 1990 года.

А. Макаров ("Мемориал") напомнил участникам конференции, что информация о событиях в Новочеркасске дошла до общественности в том числе через письма. В 1977 г. академик А. Сахаров озвучил ее на пресс-конференции Хельсинской группы.

В. Сергеев (МГУПС) затронул такую небезынтересную тему, как "за что подвергали аресту и заключению железнодорожников в 50-е -70–е годы?" В 1953 г. посадили 53 работника железных дорог за то, что ругали Сталина, затем последовали аресты за комментарии к венгерским событиям 1956 г. и вообще "антисоветскиеразговоры".

Крайне интересно по теме "Левая традиция и правозащитное движение в СССР" выступил А. Даниэль ("Мемориал"). Он обратил внимание на сложность определения самого понятия "левые". Это, очевидно, прежде всего люди с "левым мироощущением", что включает в себя нонконформизм, противопоставление себя истеблишменту, стремление к более или менее радикальным переменам в обществе. В этом смысле правозащитники (в подпольных группах 50-60 гг.) были в большинстве "левыми", потом левые стали менее популярными. "Легалисты" в основном не принимали левых манифестов, их воззвания совпадают с общелиберальными. С начала 90-х правые внесли в это понятие нечто иное, в смысле идеологии.

-"На самом деле в обществе был серьезный идеологический раскол. Но это не был раскол между либералами и социалистами в традиционном смысле слова, - подчеркнул А. Даниэль… -это был раскол, условно говоря, между лево-либеральным блоком и диссидентами - националистами. Там действительно была интересная и содержательная внутренняя полемика. И эта разделительная линия действительно существует; она просматривается. Разделительная линия между левыми и не левыми – она просматривается только в самоидентификации. И более ни в чем". (В диссидентском самиздате опубликована полемика с националистами).

Левая традиция. "Рабочее движение уничтожалось вместе с носителями"

На открытии круглого стола "Рабочее движение и демократические левые: К. Морозов сказал: "Россия потеряла очень ярких людей, традиции, уровень. .Ведь рабочее движение, социалистическое, анархическое в России первой четверти ХХ века было вполне на европейском уровне". Трагедия в том, что оно уничтожалось вместе с носителями, а сейчас все левое поливается грязью и обросло инсинуациями, развил свой тезис К.Морозов. Задача конференции, по его словам, в том числе содействовать восстановлению исторической правды, традиции. Это поможет предотвратить резкие скачки общества, появление людей-симуляторов, которые в отсутствие сильных левых демократических структур, профсоюзов, "будут себя выдавать за левых под различными масками".

Затем выступил известный публицист Б. Кагарлицкий. По его словам, мы действительно, в силу исторических причин, были отчуждены от левой традиции. Обратившись к социально-трудовым отношениям, он отметил, что общество атомизировано, советские социальные группы сошли со сцены и общество деклассировалось. В 90-е годы человек труда существовал в том числе за счет подсобного хозяйства, вещевого бартера, так как ему часто не платили нормальную зарплату,. Но в двухтысячных в России уже просматривается интеграция в систему капиталистического разделения труда, началось формирование тех групп и классов , которые характерны для капиталистического общества. Правда, капитализм у нас периферийный, заметил Б. Кагарлицкий, и механический перенос на него западных стереотипов невозможен. Тем более, что западный капитализм также имеет новые черты, там сокращается производство, переводится в новые страны, используется аутсорсинг, с которым вынуждены бороться как западные, так и наши профсоюзы. По словам Кагарлицкого, "проблема не в правовом статусе работника (которую вполне можно решить), а в том, что меняются социальные отношения". Публицист считает, что именно тогда, когда общество слабо структурировано, то возрастает роль людей с обостренным классовым сознанием. Это они способны организовать защиту работников.

Р. Гриман (председатель Международного фонда Виктора Сержа (США) отметил. что "мы уже видели опасность присвоения идей Маркса тоталитарным государством". В Фонде Сержа десять тысяч изданий о рабочем и социалистическом движении. "Мы должны сделать так, чтобы молодое поколение могло учиться на опыте предшественников" - призвал историков и профсоюзников Р. Гриман. По его словам, может сложиться ситуация похожая на ту, что была сто лет тому назад. Нужны площадки для дискуссии; при смене поколений знания останутся.

Дан Галлин (директор Института труда, Женева) дополнил тему тем, что идентичность движения определяется его историей. Он привел известную поговорку; "те, кто оторвался от своих корней, не способен расти". Д. Галин напомнил, что в Германии нацизм существовал 12 лет, но корни рабочего движения остались; в России и Восточной Европе они были более глубоко искоренены, но тоже восстанавливаются. Память – часть нашего политического и нравственного наследия, подчеркнул гость из Женевы. В исторической памяти европейских профсоюзов в том числе и память о партии социалистов "Бунд", которая впервые в истории была уничтожена не путем репрессий, а поголовным истреблением нацистами ее членов-евреев.

Анатолий Дубовик, представивший себя как "практикующий анархо-синдикалист" и беседовавший с участниками конференции виртуально, заявил в ходе дискуссии, что "постсоветское общество деклассированно".

Координатор МПРА в Калужской области Д. Кожнев считает: "Пока говорить о рабочем движении в России рано" (хотя есть ростки рабочих организаций, и усиление эксплуатации заставляет искать какие-то новые формы защиты). Как считает Кожнев, марксизм дает людям широкий кругозор, это опыт многовекового противостояния работников и капитала. Но люди не будут участвовать в коллективных действиях, если не сформировать их убеждений на демократической основе, понимания, что профсоюзы – это их организация.

Историк из Казани А. Суслов коснулся понятия традиции – это "поддержка огня, а не поклонение пеплу". Он также напомнил о широкой социальной базе партии эсеров, в которой однако постоянно происходили расколы. Там были и реформисты, и сторонники радикальных действий. Много рабочих, которые в 1917-18 гг. поддерживали эсеров, позднее их не поддерживали, констатировал Суслов.

Основной тезис выступления историка А. Гусева – "история левых ХХ века – история грандиозных успехов и поражения". В 1917 г. на выборах в Учредительное собрание 90% голосующих поддержало левых всех направлений. Через 10 лет "ничего не осталось". По мнению А. Гусева, "урок победы" состоит в "необходимости связи социально – экономической борьбы с политической борьбой". А "урок поражения" - в том, что в 20-е годы не были изжиты элементы якобинства (признание диктатуры). По мнению А. Гусева, "демократия должна быть поставлена в центр социалистического проекта".

Модератор К.Морозов констатировал, что эсеры предлагали также "третий путь". Партии, действующие в начале прошлого века в России, были разгромлены "механизмом катка тоталитаризма".

Участник социал-демократического движения в России и Беларуси П. Кудюкин сформулировал тезис о том, что неизбежные и неразрешимые споры о прошлом не должны мешать поискам точек соприкосновения в настоящем (очевидно, при объединительных процессах левых сил в России).

Историк Илья Будрайтскис считает, что наше отношение к истории должно заключаться не в извлечении уроков, а "в продолжении истории, возврату к классовому субъекту". "Историки сегодня воссоздают идентичность господствующих", сказал он.

В ходе последующей дискуссии К. Морозов и Б. Кагарлицкий возвели в принцип моральную доминанту, подчеркнув, что ничто не снимает с участников исторического процесса личной моральной ответственности и за историческую память о жертвах, и за свои действия. К. Морозов подчеркнул, что разные силы отстаивают разные исторические мифы. Может, поэтому так трудно составить достойный учебник по истории России и вообще преподавать историю в школе?

"Смешно, когда работодатель входит в профсоюз"

Профсоюзный состав участников конференции был весьма сильным (и "разбавлен" учеными, много лет занимающимися профсоюзным движением, организаторами неподцензурного сайта "Институт коллективных действий" (ikd.ru), юристами– трудовиками, журналистами. На ее открытии и закрытии выступил президент КТР Борис Кравченко. Для КТР проведение подобного форума давно назрело - историческая память весьма важна для определения правильных путей решения актуальных проблем профсоюзного движения. "Мы как движение обрели свои корни", - подчеркнул Б.Кравченко.

Зарубежные участники конференции высказались в рамках дискуссии о профсоюзах и тактике действий весьма определенно - и подчас неожиданно для многих присутствующих. Это касалось, в частности, актуальных принципов взаимодействия с работодателем. Так, директор Института труда (Швейцария) Дан Галлин сказал, что поскольку принцип социального партнерства далеко не всегда оправдывает себя, то приходится думать и о возврате в профсоюзной практике к принципу "баланса сил".

Позднее он подчеркнул значение принятия профсоюзных решений гласно, и значение "экономической составляющей", то есть способности профсоюза нанести работодателю экономический ущерб, если он не желает выполнять требования работников.

Ричард Гриман (Фонд Сержа, США) был более категоричен, назвав принцип социального партнерства обманкой, а не средством конструктивного разрешения трудовых конфликтов. В рамках своей деятельности, начиная со студенческой скамьи, Гриман на практике отстаивал достоинство и права человека труда не только в США и Франции, но и в Ираке, Иране, Пакистане и Афганистане, и добивался конкретных результатов. Ему принадлежит также заслуга в издании книг Виктора Сержа, известного защитника трудовых прав первой половины ХХ века. Американские профсоюзы Р. Гриман назвал коррумпированными, напомнив россиянам, что только 8% трудоспособного населения объединено сейчас в США в профсоюзах, а прежде доходило до 40%. (.Д. Галлин в данном контексте вступился за американские профсоюзы: он лично знаком с борьбой за свои права докеров Западного побережья, объединенных в боеспособный профсоюз).

Как считает Р. Гриман, "Если у рабочих нет прав, то невозможна никакая демократия". Он подчеркнул также особое значение международной солидарности трудящихся в решении трудовых конфликтов.

В. Дамье (Институт всеобщей истории РАН, Москва), выступил с докладом "Мировой анархо-синдикализм в борьбе против тоталитаризма и диктатур", И, в частности, рекомендовал современным профсоюзам стремиться к "прямой демократии" и принимать решения не в кулуарах, а на общих собраниях. "Профсоюзы должны опираться на мнения самих людей", - подчеркнул Дамье. Он же автор крылатой фразы: "смешно, когда работодатель входит в профсоюз".

Представитель Глобального союза ИндустриалОлл И. Матвеев, отвечая на вопрос, как противодействовать нетрадиционной занятости, о которой он говорил в своем сообщении, дал классический ответ: превращать ее в традиционную, использовать Интернет для разъяснения путей решения проблем. Но приоритеты мобильность рынка труда, как представляется, не позволят бороться с данным явлением эффективно.

"Надо выходить из-под работодателя!" С чувством собственного достоинства

Открыл дискуссию на панели "После тоталитаризма: рабочее движение в условиях общественных трансформации" по теме "Польская "Солидарность": опыт профсоюзного и гражданского движения" анархист В. Тупикин, который представил ее борьбу в 80-е годы для завоевания права на свободные профсоюзы. Свободные в смысле независимости от политических партий, государства и работодателя. В 1981 году оккупационная стачка на Гданьской судоверфи превратилась в стачку солидарности; основные требования рабочих были выполнены. Выступавшие от имени забастовщиков, как отметил В. Тупикин, получали "императивный мандат" рабочих. В декабре 1981 было введено военное положение, многие из "Солидарности" были интернированы. Но в недрах общества зрел протест, и в 1989 г. на "круглом столе" между представителями "Солидарности" и правительством тогдашней ПНР была достигнута договоренность о демократических выборах, на которых победили демократические силы. Социализм в ПНР закончился.

Д.э.н. Г. Ракитская, известная многим представителям свободного профдвижения по "Школе трудовой демократии", которую она ведет вместе с Б. Ракитским, озвучила следующий вывод по актуальному состоянию свободного профдвижения: "возникнув в конце восьмидесятых годов, рабочее и профсоюзное движение в России расширялось, набиралось опыта". Но сейчас "нет оснований говорить, что движение приобрело за двадцать три года новое качество и перешло на качественно новую ступень; более того, по некоторым существенным аспектам российское рабочее и профсоюзное движение откатилось назад по сравнению с концом восьмидесятых – началом девяностых годов"; … "движение в целом далеко от состояния, которое требуется для решения объективных конкретно-исторических задач" (стоящих перед трудящимися в сфере улучшения своего социально-экономического положения). К тому же, по словам Г. Ракитской, "движение находится в том состоянии, когда рабочий класс не сформировался как реальная социальная сила" (как субъект влиятельного действия), и уместно припомнить формулу начала 90-х годов: "рабочие есть, а рабочего класса нет". Применительно к профсоюзам, входящим в ФНПР, как считает Г. Ракитская, "верна и другая формула: профкомы есть, а профсоюзов нет"…

Численность свободных профсоюзов в России, по прогнозу Г. Ракитской, существенно расти не будет. Возможно, оно даже уменьшится. Нет сил, способных противостоять наступлению на общественные организации. Освоение собственной классовой идеологии (очевидно, социалистической и построенной на демократических принципах) – "в зачаточном состоянии".

Д.э.н. Б. Ракитский говорил на конференции о возможной перспективе распространения в ближайшие годы реакционных настроений среди рабочих (и в силу ностальгии по тоталитарному советскому порядку). Есть простор для распространения державных, имперских, коммунистических идей. Б. Ракитский покритиковал приглашающих на профсоюзные митинги "чуждые" флаги (лимоновцев), а также утверждение "идеологии промышленного казачества", когда предполагаются "особые отношения с правительством" (вспомнились "особые отношения" шахтеров с Чубайсом: два часа готовы были ждать его на съезде шахтеров)...Огромный заказ оборонного назначения приведет, как предполагает Б. Ракитский, к урезанию социальных программ, к изменению структуры хозяйства, квалификации самих рабочих. Как предположил Б. Ракитский, возникнут отряды трудящихся, которые будут считать, что только на них Россия стоит. И это "психология касты". Между тем, увы, сбылись прогнозы о массовой деградации населения - трудовой, нравственной и т.д. По словам Б. Ракитского, наша задача - подъем чувства собственного достоинства. "Надо выходить из-под работодателя!".

К. Букетов, работающий уже несколько лет в Женеве в Глобальном институте труда, рассказывая об опыте современного европейского профдвижения, отметил, что профсоюзные активисты в Европе связаны с различными политическими движениями и партиями. И в менталитете западных людей нет разделения между профсоюзным и политическим движением. Рабочее движение не монолитно, но в основном представлено в двух плоскостях: на производстве и в парламентских партиях. На производстве профсоюзы отстаивают экономические интересы работников, а чтобы это делать эффективнее, как заметил К. Букетов, они нацелены на участие через свои партии в парламентских дебатах. Левые политические активисты, как он считает, "обязаны быть профсоюзными активистами". Но и на политическом фронте невозможно ничего добиться, если нет поддержки людей с производства.

Где вы, свободные профсоюзы? Где ваше место в обществе?

На дискуссионной панели "Опыт и перспективы развития профсоюзного движения в России" модератором выступила М. Курзина (Международное объединение пищевиков). Интересно было услышать не книжное, а опирающееся на практической работе мнение ее участников, как обстоит дело с единством рабочего и профсоюзного движения в России или нет.

Лидер МПРА и депутат Ленинградского обл. Законодательного собрания А. Этманов, исходя из своего знания рабочих "изнутри", сказал, что нынешние рабочие видят себя не столько как класс, а как "средний класс" (когда заработка хватает на машину), и тогда "классовая борьба нас особо не интересует". Поскольку Трудовой кодекс мало что дает для защиты трудовых отношений, а люди живут на обломках прошлого, Этманов не против перлюстрации нашего ТК – люди обольщаться перестанут. Положение профсоюзов зыбкое – "Форд" пока допускает некое социальное партнерство, а может и отменить. По словам Этманова, "законодательство не работает, политической платформы у профсоюзов нет, нет инструмента защиты социального партнерства". А людей интересует отнюдь не пенсионная реформа, а заработная плата и ситуация внутри компании.

В отношении оценки рабочего движения в России А. Этманов был не менее суров: "Есть горстка активистов, а не рабочее движение". "Есть кучка энтузиастов, которые борются за маленькие локальные интересы".

Любопытен момент биографии Этманова, о котором он напомнил собравшимся: знакомство с профсоюзами произошло у него на сетевой встрече работников "Форда" за рубежом в 2005 году. Он очень удивился, что американец, получающий 45 долларов в час, все время говорит о борьбе. (Этманов тогда зарабатывал 1,5 доллара в час). Американец пояснил: его 45 долларов в час завоеваны отцами и братьями на протяжении ХХ века. Надо продолжать бороться, а то отберут. Бороться через профсоюз с работодателем.

Все последующие выступающие сожалели вместе с А. Этмановым, что движение свободных профсоюзов в России - отнюдь не массовое. Ведущий специалист социально-экономических программ Центра социально-трудовых прав П. Бизюков отметил, что мнение "чем хуже, тем лучше" на некоторых этапах становится неизбежным. "Нужно решать трудовые задачи, бороться за трудовые отношения, а не за политическое господство", считает Бизюков. Отсутствие структуры усугубляет ситуацию. Но гораздо хуже – отсутствие идей. По словам Бизюкова, "нам уже сегодня нечего предложить, разговоры ведутся в рамках одной и той же тусовки, выходить с этим дискурсом к работникам – совершенно бессмысленное занятие".

На что единственное хватает профсоюзов, так это мониторить ситуацию, чтобы быть в курсе того, что происходит. Профсоюзы сегодня реактивны, считает Бизюков. Как выйти из такого "амебного"состояния? Нужно привлекать интеллектуальный потенциал, в профсоюзах его явно не хватает. Нужно выходить в учебные заведения с профсоюзным "ликбезом", не проводить скучную профсоюзную учебу для "галочки" , а преодолевать раскол между активистами различных низовых организаций профсоюзов. Эдуард Вохмин (активно обучающий профактивистов принципам профработы) организовал летом интересную программу выездного лагеря, где низовые активисты разных профсоюзов подружились.

Выборы в Координационный совет оппозиции, к которому можно относиться по разному, подчеркнул Бизюков, однако "мобилизовали" 87 тысяч человек. А профсоюзы столь массовую аудиторию в поддержку своих начинаний собрать не могут. Необходимо учитывать и тот факт, что сегодня проблемы становятся смешанными – к трудовым добавляется гендер, экология, коммунальные платежи, мигрантские проблемы и т.д.

Председатель Межрегионального профсоюза "Учитель" А. Демидов оперировал цифрами: итоги социологических исследований по–прежнему показывают низкий уровень доверия общества к профсоюзам, хотя ВЦИОМ и констатировал рост доверия за последние четыре года с 24 до 29%. 40% людей не одобряют профсоюзы. А вот доверие к ученым относительно высокое-66%. Существует уважение и к другим бюджетникам в обществе - всем нужно лечиться и учиться, поэтому люди уважают и учителя, и врача, хотя некоторые не доверяют бесплатной медицине, опасаясь коррумпированности. Зато уважают даже чиновника, решающего какие-то проблемы. Но в обществе происходит значительная профессиональная и личностная деградация специалистов-бюджетников; специалист с собственным мнением начальству не нужен.

При решении проблем бюджетников (сохранение рабочих мест, улучшение условий труда и т.д.) стартовать лучше с более высокой позиции, считает А. Демидов, Он не согласен с Этмановым, что "обломки прошлого", т.е прежние социальные модели, полностью не годятся. Большинство граждан по – прежнему желают "качественно учиться и качественно лечиться, и вот с этой точки "бюджетным профсоюзам можно стартовать". Достойное финансирование бюджетной сферы, подчеркнул А..Демидов,- прямой интерес профсоюза, и он совпадает с интересами населения. Недостатком профсоюзной работы можно считать узкий взгляд на вещи, исключительное предпочтение коллективному договору. Бюджетники имеют дело не с прямым работодателем, а государством, и поэтому этим не могут ограничиваться.

А. Демидов сформулировал четкую позицию: никакой внятной альтернативы профсоюзам в России не просматривается. Значит, нужно работать дальше, хотя численность членской базы в новых профсоюзах невелика. Профсоюз "Учитель" продолжает выступать против закона об образовании в том виде, в каком он сформулирован властью. 10 ноября на пл. Революции в Москве – очередной митинг в защиту образования.

Лидер "Новопрофа" Петр Принев, по профессии рабочий-вырубщик, внес некоторый оптимизм: в его организации занимаются экологией, есть четкая программа по работе с трудовыми мигрантами и понимание того, "почему эту политику нужно проводить по крайней мере в Санкт-Петербурге". Есть и определенное видение стратегии профсоюзов на будущее, но резко стоит вопрос информационного освещения: "то, что мы говорим и что предлагаем, в большей частью расходится с тем, что говорит Правительство, что думают наши думские товарищи. Но мы уверены в своей правоте", заявил Принев.

Петр Принев сформулировал тему своего основного сообщения для конференции так: "Кризис членства или кризис идеологии?" И рассказал о том, что хотя при создании профсоюза в ходе решения трудового конфликта было 164 активиста, то потом осталось всего 4, а остальные числятся на бумаге. Опрос показал, что многие люди даже не могут четко определиться, зачем им нужен профсоюз. Но некоторые твердо уверены, что переговоры по их трудовым делам должны вести профсоюзные органы – то есть "они пришли в профсоюз, чтобы мы за них договаривались". В Ленинградской обл.удалось добиться, чтобы стипендия была не ниже прожиточного уровня, и вот как результат – появление в профсоюзе организации студентов.

Лидер "Новопрофа" намерен вместе с творческими людьми "нести культуру в массы", сделать шаг к возрождению рабочей культуры. И пригласил членов профсоюзов на акцию 11 ноября в Санкт-Петербурге – дискуссию о рабочей культуре и просмотр фильма "За Маркса". В нем немало кадров о забастовках МПРА.

Отрадно, что и Дмитрий Кожнев, молодой лидер организации МПРА в Калужской области, не теряет настроя на серьезную работу. Нужен субъект, который в состоянии изменить трудовые отношения, считает Д. Кожнев. В этом плане роль профсоюза велика. Что касается организованного рабочего движения, то действительно рабочие есть, а класса нет. И ростки свободных профсоюзов заметны, но уж очень пока они маленькие. К сожалению, отсутствует и стратегия развития профсоюзов. Надо научиться объединять профсоюзную тактику с интересами людей, пожелал в заключение всем Д. Кожнев. И, отвечая на вопрос, как работать в плане определения классовой идентичности, четко ответил: "Кропотливо на низовом уровне завоевывать авторитет".Затем в дискуссии прозвучало еще несколько поучительных высказываний: "Тот профсоюз, который превращается в правозащитную организацию, плохой профсоюз"; "Мы не жалобщики, мы бойцы, можем прижать работодателя своими действиями к стенке"; "Самый глубокий опыт люди получают через практику коллективных действий". В свою очередь, П. Бизюков заявил, что практических дел сегодня недостаточно. Существует дефицит общего мировоззренческого понимания, что такое профсоюз".А. Этманов вновь заявил, что "инертная масса, которая перестанет получать все автоматически, активизируется". И высказал предположение, что, очевидно, не хватает идейности, в виду отсутствия национальной идеи.

Уже вечером во второй день работы состоялся "круглый стол" по теме "Перспективы взаимодействия профсоюзов с общественными и политическими движениями в современной России". С модератором Игорем Ковальчуком, первым заместителем председателя Российского профсоюза моряков (РПСМ).

Социолог, директор Института коллективного действия Карин Клеман высказала мнение, что профсоюзам необходимо работать с общественными и социальными движениями, усиливая тем самым свои позиции и привлекая новых членов из этой среды. Нужно больше работать со СМИ, с журналистами, больше писать о своей работе, о том, "какие мы крутые". И "делать звезд" из энергичных и симпатичных молодых ребят, которые вносят в профсоюзное дело свой заметный вклад. Все это работает на авторитет профсоюзов! К. Клеман напомнила, что, к примеру, забастовка на "Форде", о которой узнало много людей, привела к созданию новых организаций.

Директор Центра социально-трудовых прав Елена Герасимова сделал акцент на том, что в профсоюзах зачастую не понимают проблем АНО, и наоборот. И зря - профсоюзам надлежало бы заниматься не только проблемами своих членов, но и некоторыми общественными проблемами. Как, к примеру, помогать мигрантам, трудовые права которых часто ущемляются. Иногда им нужен совет, а подчас и просто кусок хлеба.

Е. Герасимова подчеркнула также, что люди воспринимают идеи через культуру ( и раньше это хорошо понимали). Сейчас в творческой среде , среди молодых художников и выставочников много социально-активных людей, и они могли бы помочь профсоюзам донести до масс их идеи, продвигать их проекты.

Хорошо известный в свободных профсоюзах руководитель региональной организации КТР В. Старостин заинтересовал участников своим рассказом о создании при его профобъединении общественной организации в помощь бывшим воспитанникам детских домов, нуждающихся в жилье("Союз отверженных"). Их в общежитиях города Омска оказалось немало: положенной по закону квартиры взрослым детдомовцам никто долгие годы не предоставлял. Благодаря помощи профсоюзников в переговорах с региональной властью удалось получить для воспитанников детдомов пятьсот квартир. Обо всей этой работе на протяжении уже шести лет сообщили СМИ, и свободные профсоюзы стали более узнаваемы. В. Старостин посоветовал своим профсоюзным коллегам с уважением относиться к различным моделям исторического развития, ведь мир меняется и трудно и не нужно определять "лучшую" модель. Возможным взаимодействием с политическими партиями должны заниматься, по его мнению, не низовые, а по меньшей мере региональные организации профсоюзов.

В свою очередь, историк А. Гусев заявил, что в России вообще нет влиятельных общественно-политических групп. И что это явление - результат авторитаризма власти. Выступления профсоюзов подавляются судебной властью. Как считает А. Гусев, "главный политический интерес профсоюзов – демократическая революция". Он напомнил, что выступления рабочих и профсоюзов сто лет тому назад при царе проходили под лозунгом "Долой самодержавие".

Председатель Правления "Мемориала" А. Рогинский открывал конференцию, а в заключение выразил удовлетворение как ходом дискуссии, так и "сочетаемостью" дискутантов – представителей мира исследователей, политических активистов и практиков профсоюзного движения. По словам А. Рогинского, он лично много читал по истории профсоюзов, протоколы и следственные дела 20-х годов, и данная тема ему интересна. "Позади вас – больше ста лет профсоюзного движения", сказал он профсоюзникам, подразумевая, очевидно, что движение с такой историей преодолеет возникающие трудности. К. Морозов, подводя итоги работы, отметил, что "нас сплачивает общность понимания демократии, гражданских свобод". И далее продолжил, что без отстаивания своих мнений нет движений. Как писал философ И. Г.Фихте (представитель немецкого классического идеализма на рубеже ХVIII-XIX веков), "в борьбе обретешь ты право свое".

На конференцию с Украины приехала группа активистов профсоюзного и левого движения, которые, по словам В. Атанасова, пытаются идти навстречу друг другу. Он констатировал также, что проблемы профсоюзного движения в России и на Украине похожи.

Прощаясь, участники конференции констатировали, что она прошла успешно. Это уже вторая попытка провести подобный форум. Весной КТР не удалось получить помещение для работы ни в Политехническом музее, ни в окрестных зданиях. В данном контексте "Мемориалу" - особая благодарность.

Конференция также наглядно продемонстрировала возможность успешного диалога интеллигенции с рабочими, что всегда было свойственно и европейским, и российским традициям левого и профсоюзного движения.

Москва, 5 ноября 2012 года

© Роза Горн, www.unionstoday.ru


twitter.com facebook.com vkontakte.ru odnoklassniki.ru mail.ru ya.ru blogger.com liveinternet.ru livejournal.ru memori.ru google.com bobrdobr.ru yahoo.com yandex.ru del.icio.us